testore.me

интересные новости

Нижегородский Сувенир: «Нижний входит в пятерку главных городов по сноубордическим спотам»




Максим Алешин пообщался с популярным райдером, диджеем, экстремальщиком и просто хорошим парнем Дмитрием Крыловым, более известным в стране и в Нижнем Новгороде как Сувенир.

Дмитрия я помню еще во-о-от таким, когда он 12-летним подростком с оттопыренными ушами практически жил в ночных клубах Нижнего. Пожалуй, он был самым юным из модных нижегородских тусовщиков. Чтобы вести дискотечный образ жизни, ему приходилось подрабатывать, например, раздавать флаеры. Позже Сувенир встал на ролики, увлекся скейтбордом и прокатался так до самой до армии. По возвращению из рядов вооруженных сил наш герой освоил еще один вид экстремального развлечения – сноуборд – и погряз в этом, по-моему, навсегда. Несколько лет назад Димас перебрался в Москву, где остался верен своим увлечениям, дополнив их еще одним пунктом – теперь Сувенир ко всему прочему востребованный диджей.

– Привет, чем занимался в выходные?
– Прыгали вчера с женой на сноуборде. Пару прыжков записал на видео – трешечку на 360 градусов, и еще будет на 540. Собирался, кстати, приехать в Нижний, техно поиграть на «Складе», но что-то не срослось – жена не отпустила.


– Боится, наверно, что всякие разгульные нижегородки будут к тебе приставать…
– Да нет (смеется), она покататься вместе со мной хочет! Сейчас ведь последние деньки в Москве на самом деле…

– А сколько всего времени ты тусишь в этом экстремальном спорте?
– Что касается сноуборда, то я встал на доску в 20 лет, сразу как дембельнулся. Сейчас мне 36, итого, получается, 16 лет я катаюсь.

– Я помню, ты в свое время популяризировал в Нижнем Новгороде всю эту сноуборд-движуху…
– Да, у нас была команда «ТИМ-52», и мы, собственно, все это продвигали…

– В каких соревнованиях вы участвовали?
– В Самаре на Урале в те времена часто проходил BGV Tour («Большие гонки» от журнала «Выбирай»), мы туда ездили на протяжении четырех лет. Прыгали, но призовых мест не занимали. В Самаре я взял второе место. Помнится, на первенстве Самары в дисциплине Big Air («Большой полет») был такой большой трамплин, и ты с него летишь.


– И сколько ты пролетел?
– Там 15 метров пролет был. Вообще это такой стандарт российских соревнований раньше был, сейчас уже больше, 20–25 метров. И в моде сейчас слоупстайл, то есть серия фигур, когда парк задействован полностью. Вот на Олимпиаде я работал шейпером (человеком, который строит трамплины в сноуборд-парках и ухаживает за ними. – прим. М. А.), и мы как раз проводили дисциплину слоупстайл. Этот парк организован так, что сначала райдер проходит разные джибовые фигуры: перила, слайдбоксы, лавочки и так далее, три полки перил идут, а следующие полки – трамплины. Трамплины есть 16, 18 и 25 метров.
А раньше в основном по России с «ТИМ-52» ездили: Пермь, Самара, Урал, «Аджигардак» (горнолыжный комплекс в Челябинске. – М. А.), «Банное», «Абзаково» объехали. В Самаре часто зависали, потому что в 2000-х годах там были сноуборд-парк и очень хорошая тренировочная база.
Я был, к примеру, в Австрии на соревнованиях Wangl Tangl. Есть такая скейтбордическая и сноубордическая фирма Vans, которая ежегодно проводит соревнования в Маерхофине. Но мы там не участвовали, а просто катались вместе с именитыми райдерами, такими, как Марк Макморрис, ну, там очень много разных звезд сноуборда было. Уровень, конечно, запредельный – люди запросто прыгают дабл корк, это когда ты два раза вращаешься вокруг своей оси, а потом приземляешься. Но сейчас и на российских соревнованиях, если ты не делаешь дабл корк, то ты на фиг не нужен. Шансов нет!

– Ты делаешь?
– Я нет! Пробовал в подушку на роликах, но получалось что-то типа девятки. Сложный трюк на самом деле, а сейчас даже трипл делают некоторые, то есть три вращения вокруг своей оси. Прогресс идет семимильными шагами, на месте никто не стоит.

– Это же опасный вид спорта, у тебя, наверно, были травмы из-за этого твоего увлечения?
– Да, нет на самом деле… Нет, колени, конечно, все убитые, а вот что касается серьезных травм – у меня был двойной перелом ноги, большой и малой берцовых костей. Там букет такой был: связки, мениск и вот двойной перелом… Полгода на костылях, но не унывал нисколько, плотно занялся диджейством, стоял на одной ноге по пять часов за вертушками (смеется).

– Ты сноубордический диджей (или диджейский сноубордист) – очень редкая порода! А какая музыка нужна сноубордистам?
– (смеется). Да-да-да. Насчет музыки – конечно, я играю на сноубордических премьерах, ну, то есть на всемирных премьерах, летом это чемпионаты мира по вейксерфу, по вейкборду. Недавно был в Казахстане, там проходило открытие круглогодичной лебедки по вейкборду. Круглогодичной, представляешь?! Там был трехкратный чемпион России Алмаз Смайкулов, он делал показательные выступления, и я, соответственно, делал звук, играл на этих показательных выступлениях. Ну, и потом там была after-party, я там тоже играл.

– Какая разновидность сноуборда для тебя любимая?
– Сноуборд очень многогранен. Есть разные тусовки. Когда просто катятся с гор – это фрирайд. Я люблю все на самом деле, кроме жестких дисциплин. Слалом, например, не люблю, никогда им не занимался и считаю, что это не сноуборд. А что касается фрирайда – это свободное катание в горах по фану, по нему, конечно, проводятся соревнования, мировые в том числе.
Вот фрирайт мне очень близок. А есть люди, которые вообще чисто в стрите зависают. Стрит – это жесткие перила улицы, кстати, Нижний Новгород считается одним из отличных спотов по стране. Набережная Федоровского – это вообще Мекка для сноубордистов, которые катаются в стрите. Очень много зарубежных райдеров приезжало и уже отснято кучу видео именно там, на набережной Федоровского. Когда ее отремонтировали, она еще круче стала, там теперь столько перил… Ну вот, допустим, Барселона – это Мекка по агрессив инлайн-скейтинга, она вся утыкана спотами, и скейтеры со всего мира едут туда, а Нижний входит в пятерку главных городов по сноубордическим спотам.

– Люди со всей страны к нам едут покататься, получается?
– Да вообще со всего мира! Чтобы отснять видео, сделать какие-то шоты в свои видео сноубордические. Потом, соответственно, проходят премьеры – обычно осенью, перед началом сезона, – приезжают те же райдеры, которые снимались в этих видео, проводятся разные конкурсы с призами, и я работаю на этих вечеринках диджеем.

– Ты же сам-то был профессионалом, у тебя были спонсоры.
– Спонсоры были, но я никогда не был суперпрофессионалом, так, скорее, любителем. Потому что у профессионалов есть тренер, а у меня тренера никогда не было. А так у нас команда своя была, можно сказать, как в хоккее – дворовая команда и уже профессиональная. Профессионал должен прыгать в четыре стороны, а я всего лишь, так скажем, близок к этому. Знаю много профессионалов, им по 21-22 года, ну, самому старшему 25 лет, вкалывают они до потери пульса.

– Может, какие-нибудь советы дашь нижегородским сноубордистам? Что самое главное в этом виде спорта?
– (смеется) Самое главное – желание!

– И защитный шлем на голове, да?
– Защита, да! Защита обязательна! Шлем обязательно! И защитные шорты тоже советую, особенно для тех, кто занимается джибингом. Джибинг – это скольжение по перилам. Без шлема, защиты на спину и защитных шорт тут никак. Ну, и учиться группироваться, тем более что сейчас есть батутный зал в Нижнем, насколько я знаю. Батут очень хорошо помогает в сноуборде при падении. Группировка очень важно. Умея группироваться, можно избежать кучи ненужных травм. Как-то раз я «убрался» с восемнадцатиметрового трамплина… Там 18 метров был пролет, и получилось, что я пролетел метров 20-25 и сильно ударился головой, у меня были сотрясение и амнезия, но, поскольку я был в шлеме и, в общем-то, грамотно упал, все обошлось, ни одной косточки не сломал. В Нижнем тоже как-то раз прыгал на Сенной под трамплином, тоже сотрясение получил, но там я отключился довольно-таки надолго. Меня там парни трясли-трясли, а я был без сознания и как будто продолжал кататься… А когда очнулся, говорю – блин, а нас же было больше! (смеется)

– Ну ты хоть, надеюсь, сразу же кататься после этого не бросился?
– Нет-нет, я дня три лежал потом у друга, отходил, не хотел домашних расстраивать, и мне Юлька меняла полотенца – ну, на голову просто клала холодное полотенце… А потом да, опять стал кататься.


– Расскажи, пожалуйста, про Олимпиаду, что ты там делал.
– Я поехал туда от ФГССР (Федерации горнолыжного спорта и сноуборда России). Нас было примерно 30 человек, и мы ехали не волонтерами, а именно работать в качестве профессиональных шейперов. Там были профессионалы из Австрии, Испании, Кореи – следующая Олимпиада ведь в Корее будет проходить. Мы поддерживали и строили трассу слоупстайл. Это было очень жестко на самом деле: мы просыпались часов в 6 утра и сразу ехали на гору, где проводили целый день, вплоть до 10 часов вечера. Еще погода менялась, там в горах постоянно погода меняется: вот сейчас солнце, вдруг – бац! – тучи, потом снег пошел, а потом – хоп! – и дождь. А когда шел дождь, нам все это дело надо было накрывать тентом. Площади там были очень большие, я не могу даже сказать, сколько, а нас на каждой полке работало по пять человек. И вот этим тентом, который был больше 100 квадратных метров, нужно было закрывать, да так, чтобы радиус не проваливался. Мы же поддерживали этот парк. Но в итоге мы справились с задачей, все очень круто прошло. Кстати, на олимпийских играх в Сочи дисциплина слоупстайл проходила впервые за всю историю этого спорта! И парк был просто гигантских размеров, спортсмены со всего мира, которые туда приехали, прямо офигели от этого парка, сначала им даже страшно было там кататься. А самая последняя полка – там пролет был такой, что райдер летел пять секунд, это очень много. Точка отрыва была где-то, наверное, метров пять – то есть сам трамплин может быть такой вот высоты.


– А сами-то вы потом там погоняли?
– С этих трамплинов? Нет, не прыгали, не хотелось разложиться (смеется). Это просто дико опасно. Там более, что там доски нужны были намного жестче, они отличаются, а у меня доска мягонькая такая, просто для джибинга, по перилкам кататься, фановая, не жесткая. Нет, вообще на самом деле мог бы прыгнуть, если бы дощечка была правильная, потому что в принципе хотелось прыгнуть. Там приземление было где-то с девятиэтажный дом, вот с него и прыгали, только с «шишечки», сальто там крутили. Прикольно было.

– И сколько вы там были?
– Месяц примерно. Я, кстати, и этой зимой был в Сочи, открывали там клуб Easy Livin, такая есть модель доски у Burton. Там сейчас целая индустрия Burton разворачивается, и вот я там играл все новогодние праздники. Да, еще на тему советов – тренировочный процесс может проходить «в подушку», это такая пневматическая огромная конструкция надувная. Стоит биг-эйр, такой трамплин, и с него прыгают именно в подушку, не на жесткое приземление, а в подушку. Когда отрабатывают трюки, это очень удобно. Я вот таким образом тренировал трюки на роликах, могу скинуть видео. Раньше такого не было, мы или в пухляк прыгали (рыхлый снег. – М. А.), или же в траву, если на роликах. Сейчас на самом деле травматизм все больше и больше сходит к нулю. Это хорошо, больше возможностей тренироваться без опаски. Вот раньше мы постоянно убивались. Помню, как я учился делать бэкфлип в парке «Швейцария» и прямо гвоздем вошел в землю – вниз головой завис и прямо в землю воткнулся (смеется).

– Ну, голова – это неважный элемент.
– Ну да, конечно! Главное, чтобы ноги были целы (смеется).

ЕЩЕ ИЗ РУБРИКИ РАЗВЛЕЧЕНИЯ

Известный геймер сломал лапку

Сексапильность в гейминге

БРЮШКО И ЛЕГКАЯ АЛКАШСКАЯ НЕРЯШЛИВОСТЬ

Оригинал статьи Иволга



Популярное:

• 23.05.2015